Покупка и аренда вертолета в Калуге
Новости

Гламур и мясо

Какой видят деловую авиацию в России те, кто летает, и те, кто нет.

Рабочий! Крестьянин! Проверь на ощупь, что и небеса — твои! Стотридцатимиллионною мощью желанье лететь напои!

В. Маяковский.

Позолоченные от носа до хвоста, с ажиотажем расхватываемые нетерпеливыми олигархами, воздушные то ли дворцы, то ли офисы стали самой яркой и вызывающей чертой в собирательном образе деловой авиации в России. Карикатура? Гротеск? Или все-таки правдивый портрет, который могут узнать даже бесконечно далекие от бизнес-авиации люди? Что она олицетворяет – вызывающую роскошь пресытившихся олигархов, незаменимый инструмент для бизнеса или игрушку, которая только может стать надежным помощником в делах? Почему даже лица с экранов зачастую не слышали о бизнес-джетах, а главное – зачем об этом загадочном для большинства виде транспорта так не любят распространяться те, кто на нем действительно летает?

Олигарх-авиа

Сложно спорить с тем, что за последние годы о бизнес-авиации в России не писал только ленивый. Правда, некоторыми работниками «пера и топора» деловая авиация рассматривается не как вид транспорта, здоровое развитие которого стало бы экономически перспективным для государства и его граждан, а как повод раздуть скандал. Охотники за сиюминутной жареной фактурой не прочь тиражировать статьи о фантастическом расточительстве олигархической верхушки, как горячие пирожки скупающей частные самолеты. При этом создается впечатление, что пишущая братия до конца не определилась, как именно назвать то, о чем она имеет крайне размытое представление. То ли «частные джеты дальнего следования», то ли «офисы на крыльях», то ли «летающие дворцы». Можно подумать, что менее обеспеченные граждане передвигаются на «летающих хижинах». Весьма запутанно и определение рынка. Если верить некоторым СМИ, то «деловая бизнес авиация – это вылет самолета не только в нужный день, но и в нужный час, и из желаемого аэропорта», или, например, «ресурс, позволяющий повысить рейтинг в кругах бизнес-элиты». Из свежих догадок – «самолет – это символ победы над корпоративным рабством и свободы». Радует, что пассажи о золотых клозетах уже отошли в прошлое.

И все бы ничего, если бы подобная некомпетентность не влияла на качество информации, которая формирует общественное мнение. А качество подчас таково, что с легкой руки частные самолеты обрастают атрибутами необузданной азиатской роскоши, и чем она невероятнее, тем охотнее в нее верят. Прав был все-таки Йозеф Геббельс.

Но главное даже не в этом. Если провести параллель между тем, как позиционируется деловая авиация в масштабе страны в России и, скажем, в Соединенных Штатах, то получается диаметрально противоположная ситуация. Когда в 2008 году администрация Белого дома обрушилась с критикой на пользователей бизнес-авиации, пригрозив крупнейшим корпорациям отлучением от государственного кредитования, в стране поднялась волна в защиту этого вида транспорта. Национальная ассоциация деловой авиации NBAA организовала кампанию «No plane, no gain» («Без самолета не достигнешь цели»), к которой присоединились видные бизнесмены и общественные деятели. Первые люди страны – финансовый гуру и миллиардер Уоррен Баффет, космонавт Нил Армстронг, легендарный гольфист Арнольд Палмер — выступили перед гражданами, чтобы показать и доказать преимущества использования нелинейной авиации. И хотя в России не было столь мощного прессинга со стороны государства (в силу местных особенностей рынка), открыто, не то, чтобы отстаивать, а говорить о бизнес-авиации хотят очень немногие. Не потому ли, что ее достоинства и преимущества перед регулярной авиацией имеют весьма размытую формулировку?

Настало время расставить все точки над «Ё» и определить на весах общественного мнения, что значит для нас деловая авиация: вызывающая роскошь, эффективный помощник в бизнесе или игрушка для богатых, которая только со временем станет незаменимым инструментом. Все честно, без купюр.

  Вертолёты Bell — Рейнджеры всегда возвращаются

Льва узнают по когтям

Если верить социологам, то статус человека в обществе – это совокупность его прав и обязанностей. Следуя этой схеме, право иметь в распоряжении частный самолет делает его владельца бесконечно недосягаемым в глазах других граждан и рождает непонимание: «зачем одному целый самолет?». Объясняется подобная прихоть просто: виллами и яхтами уже никого не удивишь, а собственный самолет – модная гламурная игрушка. По крайней мере, к такому мнению склоняется 29% опрошенных редакцией журнала Jet резидентов интернета. Кстати, не только участники опроса считают деловую авиацию бесконечно далеким от народа развлечением для богатых. Известный драматург Зоя Кудря, написавшая сценарии к популярным телевизионным сериалам «Граница. Таежный роман», «Ликвидация» и фильму «Адмиралъ», весьма размыто представляет себе такой гламурный, по меркам шоу-бизнеса, вид транспорта как деловая авиация.

«Я не знаю, что это такое, но, судя по названию – это авиация для олигархов… К сожалению, даже мои приятели, довольно-таки успешные люди, не имеют возможности купить себе самолет. Эта авиация так далека от людей, что собственный самолет можно сравнить с полетом в космос», — признается Кудря.

«Хотя вот помню, когда я первый раз встретилась с Блаватником, мы отужинали, и он посмотрел на часы и говорит: «Меня самолет ждет во Внуково, я сейчас улетаю в Лондон». Я была немного ошарашена – как это, человек сидит, обедает, а его самолет ждет», — делится впечатлениями одна из самых востребованных сценаристок российского кинематографа.

После таких признаний есть над чем задуматься. Соавтор фильмов, генерирующих многомиллионные кассовые сборы, человек, который в силу профессии сталкивается с постоянными переездами, имеет весьма туманное представление о бизнес-авиации. Что бы это могло значить?

А означать это может только одно — завеса искусственной таинственности настолько плотно окутала рынок деловой авиации, что одни о ней практически не знают, а другие – предпочитали бы не говорить.

«Я ничего не знаю, я на съемках», — резко и как-то слишком поспешно ответила актриса Мария Шукшина, услышав вопрос о том, как она понимает словосочетание «деловая авиация». По некоторым данным, Шукшина пользуется услугами частной авиации, правда, покупать собственный самолет не думает.

Будущее – туман, прошлое — обман

Впрочем, не все известные общественные и политические деятели считают деловую авиацию той игрушкой-привилегией, о которой удобнее было бы не говорить. Политик Алексей Митрофанов уверен, что этот вид транспорта в России незаменим, просто традиционная русская инертность еще не позволила трансформироваться ему до уровня западных аналогов.

«Деловая авиация — это никакая не игрушка. Для России с ее размерами самолет является производственной необходимостью. Сибирь, Дальний Восток, Урал – это огромные расстояния. Но, к сожалению, она у нас слишком слабо развита. Надо вообще принять концепцию, что дальние регионы страны развиваются за счет авиации. Нужно разрешить каботаж иностранных судов, то есть максимально открыть небо. И другого пути у нас нет», — уверен Митрофанов. «Нежелание открывать небо – это обычная русская отсталость! В 2003 году приехал Пол Маккарти, а должен был приехать в 63-м! Главное, привезли, когда он уже пенсионером был, и так помпезно — на Красной площади. Вот сколько мы потеряли? 40 лет. Примерно столько же времени и с открытием неба потеряем», — сокрушается Митрофанов.

Мнение правдоруба-политика разделяет известный актер и режиссер Александр Невский, считающий, что деловая авиация в России – уже и не пафос или элемент гламурной жизни, но еще и не сопутствующий бизнесу инструмент.

  Русский взгляд на Прибалтику

«Бизнес-авиация – никакие не игрушки, и в моем бизнесе, бизнесе кино — это является неотъемлемой частью всего процесса. Хотя я сомневаюсь, что здесь, в России, кинозвезды летают на частных самолетах также часто, как и в Соединенных Штатах. В принципе, если взять российский Forbes, вы увидите, что сейчас уже не скрывают своих лиц. Мало кто скрывает частные самолеты, это ведь серьезные люди, и они гордятся не фактом наличия самолета, а тем, чем они занимаются, своими достижениями», — подытоживает Невский.

А вот известный продюсер Иосиф Пригожин рассуждает подстать профессору Преображенскому: разруха не в клозетах, а в головах. Деловая авиация и могла бы быть хорошим подспорьем бизнесу, но стремление к наживе работающих в ней специалистов осложняет превращение бизнес-авиации из игрушки олигархов в вид транспорта, востребованный, например, звездами шоу-бизнеса. И в этой трагедии виноват, в первую очередь, менталитет, «нерегулируемое сознание».

«Деловая авиация в России предназначена для олигархов, ни больше, ни меньше. Такие цены, которые есть у нас, реально не существуют нигде в мире. Это самопроизвольные цены со ссылкой на дорогой керосин», — рассуждает продюсер. «Мы артисты, звезды шоу-бизнеса, например, с удовольствием бы пользовались деловой авиацией при перелетах на какие-то мероприятия, как это делают западные компании. Но люди не хотят договариваться, хоть ты застрелись! Сколько я не пытался разговаривать, чтобы хотя бы скидку дали: ни скидок, ни спецпредложений. Ведь летать — это не просто прихоть, это необходимость. Я летаю по 500-600 часов в год. Вот если я занимаюсь бизнесом, то я лучше себе убыток пойду, но клиента не обижу, чтобы он в следующий раз ко мне пришел. Здесь же получается, что за питание ты платишь отдельно, чтобы пройти через VIP-зал нужно заплатить еще 400 евро. То есть фактически платить нужно за то, что пользуешься комнатой. Должна быть какая-то логика в ценовой политике. А ее нет», — с сожалением отмечает Пригожин.

Примечательно, что большинство респондентов интернет-опроса журнала Jet – 53% — высказывают схожую точку зрения: деловая авиация в России – это слишком дорогая игрушка, у которой, правда, есть шансы повзрослеть. А если люди верят в такое будущее, то это что-нибудь значит.

Нет самолета – нет работы

К слову, не все пассажиры российской бизнес-авиации склонны рассматривать ее «деловые качества» исключительно в связке с отдаленным будущим. Но то, что она может быть инструментом бизнеса, как в Европе и США, открыто говорят либо крупные политики, либо предприниматели, бизнес которых связан с рынком услуг деловой авиации.

Председатель Совета Федерации Сергей Миронов не сомневается, что авиация «для дела» – естественный результат развития в России рыночной экономки.

«Думаю, вполне нормально и когда предприниматель или компания другой отрасли приобретает или нанимает самолеты для своих целей, если считает это нужным и выгодным… Страна у нас большая. Чтобы доставлять людей и грузы в отдаленные точки, скажем, геологам, нефтяникам обычные авиарейсы не всегда удобны. В этом смысле деловая авиация — полезный рабочий инструмент», — считает Сергей Миронов.

Сергей Недорослев, председатель Совета директоров компании «Каскол», являющейся одним из создателей проекта авиатакси Dexter, думает, что, как и во всем мире, деловая авиация в России является и полезным логистическим звеном в бизнесе, и показателем статуса. Все зависит от конкретных целей.

«Я понимаю деловую авиацию, как и все – это те самолеты, которые летают вне регулярного расписания. Это и не игрушка, и, уж конечно, можно делать бизнес без личного самолета. То же самое, что спросить: «летать в бизнес-классе рейсового самолета это игрушка или инструмент для бизнеса»? Когда пассажиры считают разумной такую плату за комфорт и могут себе это позволить — летают бизнесом», — рассказывает Недорослев.

  «Хелипорты России» подвели итоги 2015 года

Впрочем, служебный самолет или рейс – это не только комфорт, но и средство оптимизации рабочего времени. Западные корпорации постепенно прививают России корпоративную культуру, в том числе, и корпоративную авиацию. Например, в октябре 2010 года официальное представительство компании Volkswagen в России открыло чартерные рейсы для своих сотрудников, работающих на заводе в Калуге.

«Основная причина запуска чартерного рейса — стремление оптимизировать временные затраты сотрудников компании. На заводе в Калуге работает уже более 4 тыс. сотрудников, при этом более сотни — иностранные специалисты, работающие в Калуге по временному контракту и раз в две недели посещающие Германию и Чехию», — комментируют в Volkswagen.

А вот представители российских компаний, вносящих наиболее существенный вклад в экономику страны, предпочитают воздерживаться от комментариев. Откуда это нежелание говорить о служебных самолетах?

«У нас нет крупного бизнеса, поэтому и говорят о частных самолетах с большой неохотой», — объясняет Алексей Митрофанов. «У нас есть только назначенные государством уполномоченные. Все так называемые олигархи сами себя так назвали. А они уполномоченные правительством, и как уполномоченным им не рекомендовано много болтать. Они не бизнесмены потому, что бизнесмен тот, кто свободно работает. Один хотел свободно работать, но ему показали. Вам выдали костюмы в костюмерном цехе, вас назначили на роль олигарха, вот и играйте роль. Или вы решили, что вы реально олигарх? Верните костюм тогда. На Западе по другому – у них правительство идет от бизнеса, бизнес сам себе выстрадал право назначать политиков. А у нас все идет от власти, поэтому и бизнеса нет. Сказали заниматься «Сколково» — спасибо, есть, пошел заниматься. Поэтому никто ничего и не говорит», — уверен Митрофанов.

Председатель партии Справедливая Россия Сергей Миронов не менее категоричен. «К личным самолетам, которые используются не для дела, а выставляются напоказ, отношение точно такое, как к яхтам, виллам, роскошным лимузинам и другим символам богатства. Поскольку в нашей стране безумная роскошь соседствует с крайней нищетой, с нерешенностью самых насущных социальных проблем, вполне закономерно, что многие считают богатство не вполне легитимным, а его символы — вызовом обществу», — объясняет Сергей Миронов.

Сколько людей – столько мнений. В любом случае, значительная часть населения России вообще крайне редко сталкивается даже с регулярной авиацией, не то, что с деловой. О каком адекватном образе может идти речь? Но внимание прессы к рынку деловой авиации, пусть и измеряющееся пока в количестве, а не качестве публикаций, иллюстрирует и формирует общественный интерес. Деловая авиация – это не только роскошная иллюстрация успешной жизни, это еще и удобно, и выгодно. Но дорого. В России она получилась многогранным явлением, на двух полюсах которого гармонично сосуществуют образы «роскошь» и «необходимость», а между ними – целый спектр представлений с различными оттенками. И, что немаловажно, негативного практически нет. Люди осознают потенциал деловой авиации как помощника бизнесу и многие пользуются им. Для России, с ее огромной территорией и курсом на модернизацию экономики, «авиационные перевозки по требованию» — практическая необходимость. И если мы верим в развитие страны, то мы верим и в дальнейшее развитие функций «полезного инструмента» у российской бизнес-авиации. По вере нашей да будет нам.

Анна Назарова

Источник: журнал Jet # 12 (70)